пятница, 24 октября 2014 г.

Paul Revere & The Raiders - Something Happening (1968)


Стыдно признаться, слушая рок-музыку шестидесятых уже много лет, я только недавно открыл для себя американскую группу Paul Revere & The Raiders. Ну, то есть, название это я слышал довольно давно, а вот послушать их самих - все руки не доходили. Главным отвращающим фактором служило оформление их альбомов. Оно, по моему мнению, ужасное! Большинство обложек Paul Revere & The Raiders - это тупо групповой фотопортрет музыкантов и название пластинки, причём лица (хотелось сказать “рожи”) у них утрированно лоснящиеся, весьма хлыщевого вида, с взглядами томными, и мыслями, наверняка, весьма паскудными… (шучу)
Даже у иных Иванушек International оформление лучше. Ну, то есть я считал - раз оформление убогое, значит и содержание соответствующее, и откладывал знакомство с творчеством ТАКОЙ группы в долгий ящик.

Как же я ошибался, Paul Revere & The Raiders - очень круты!
Не зря они были одной из самых популярных команд в США, после The Beatles и The Rolling Stones.
Paul Revere & The Raiders в начале своей карьеры играли бодрый добротный поп-рок с некоторым влиянием музыки соул (или мне так показалось, из-за наличия саксофона) и гаражного рока. Ну а ближе ко второй половине 60-х в их музыку начали вкрадываться психоделические нотки (альбомы “The Spirit Of ‘67” и “Revolution”). Но полнокровный психоделический альбом в дискографии группы всего один. Этот!

На процесс “психоделизации” коллектива повлияли сразу несколько факторов:
Во-первых, до Paul Revere & The Raiders, пусть и немного запоздало (на дворе все-таки был 68-й, а не 67-й) докатились британские музыкальные веяния. Все эти Sgt. Peppers Lonely Hearts Club Band, задавшие новую моду на студийные эксперименты и концептуальность… Наши сегодняшние герои, изначально позиционировали себя как настоящие патриоты, “чисто американская группа” и “антибританцы”, даже выступали в костюмах с закосом под времена Войны за независимость США, а ведь известно, кто тогда был главным врагом этой независимости. Дескать, намекали, что они – американский ответ на “британское вторжение”. Хотя, как мне кажется, такая идеологическая позиция Paul Revere & The Raiders – была не более чем своеобразным маркетинговым ходом (наверно, здесь музыканты бы со мной поспорили). Да и подобные альбомы, со сложной студийной работой и претензией на концептуальность, выходили в Америке и до битловского “Сержанта” (например “Pet Sounds” группы The Beach Boys, на тех же The Beatles сильно повлиявших)…
Но здесь заметно, что из творчества “ливерпульской четверки” Paul Revere & The Raiders неслабо позаимствовали.

Линдси и Ревир
Вторым фактором стали изменения в составе. Начинать что-то новое всегда лучше с новыми людьми… К 68-му году в Paul Revere & The Raiders, кроме самого Пола Ревира – клавишника, шоумена и “формального лидера”, а также вокалиста/саксофониста Марка Линдси, не осталось никого из оригинального состава. Группа образовалась аж в 1958-м году, и за эти 10 лет через нее прошла куча народу. Неизменными участниками были только Линдси и Ревир. С небольшой оговоркой: по забавной случайности, незадолго до записи Something Happening в группу вернулся басист одного из старых составов – Чарли Коу.

Так, к записи пластинки квинтет подошел в таком виде:
Марк Линдси (Mark Lindsay) – саксофон и вокал
Пол Ревир (Paul Revere) – клавишные
Чарли Коу (Charlie Coe) – бас
Фредди Веллер (Freddy Weller) – гитара
Джо Корреро (Joe Correro) – ударные.

Терри Мелчер
Третьим фактором стало постепенное “сведение на нет” роли продюсера - Терри Мелчера (Terry Melcher), по совместительству – автора некоторых песен Paul Revere & The Raiders. К 68-му продюсерские функции полностью перешли в руки Марка Линдси, а Мелчер остался за бортом.
Обидно, ведь именно с Мелчером группа пережила пик своей карьеры! Конечно, и до работы с ним дела у коллектива шли неплохо, но именно Терри в 1965-м году привез их из Портленда в Лос-Анджелес, где они стали завсегдатаями на популярном TV-шоу “Да будет Действо!” (Where The Action Is!). Оно выходило с 65-го по 67-й, и все эти два года Paul Revere & The Raiders были в фаворитах у Дика Кларка (Dick Clark) (организатора и ведущего шоу), регулярно выступая там как сольно так и с другими музыкальными командами. Снялись аж в 520 эпизодах передачи!

А когда это шоу подошло к концу, Кларк замутил новое – “Хэппенинг ‘68” (Happening ’68), где Марку Линдси и Полу Ревиру даже досталась роль соведущих. Шоу это будет идти с января по октябрь 68-го, а затем переименуется в просто “Хэппенинг” (Happening) и продлится до октября 69-го. С таким мощным промоушеном неудивительно, что популярность группы подскочила до небес, а ее участники стали медийными личностями. Возможно, от того, что успех вскружил им голову, а может от того, что музыканты желали немного выйти из образа “голливудских мальчиков” аля The Monkees, они вышли из привычных рамок своего звучания. Хотя и The Monkees временами выдавали нечто психоделическое. Будучи одними из самых продаваемых исполнителей своего лейбла (Capitol Records), Paul Revere & The Raiders могли себе это позволить. Запас доверия к ним был огромен, что позволило отказаться от надзора продюсера. Подобно тому, как The Rolling Stones, будучи предоставлены самим себе (когда от них ушел продюсер Эндрю Луг Олдем), выпустили в 67-м совершенно выбивающийся из их дискографии альбом “Their Satanic Majesties Request”, так “Something Happening” станет “белой вороной” в творчестве Paul Revere & The Raiders!

"Тот самый" Пол Ревир
Получив функции продюсера, Линдси “потянул одеяло на себя”. Как вы поняли, именно он был истинным лидером этого коллектива. Пол Ревир же был скорее лицом группы, этаким эксцентричным фриком (ну и клавишником). Ему посчастливилось быть тезкой американского героя той самой  Войны за независимость. Как пишут в Википедии: “В ночь с 18 на 19 апреля 1775 г., накануне сражений при Лексингтоне и Конкорде, Ревир верхом проскакал к позициям повстанцев, чтобы предупредить их о приближении британских контингентов. Благодаря Ревиру патриоты успели подготовиться к встрече с королевскими войсками.” Чем в свое время воспользовались музыканты - отсюда их старомодный имидж и название “Наездники”!

Итак, остальные участники коллектива были низведены Марком до аккомпанирующего состава для реализации его марковских идей. Этакий Брайан Вилсон из The Beach Boys: сам себе композитор, продюсер и исполнитель, только не сумасшедший, и со “своими ребятами” из The Raiders вместо армии сессионщиков. Марк, вообще, поначалу думал замутить сольную карьеру, но потом решил, что быть в составе именитой группы будет все же выгодней.

Первый психоделический сингл группы выходит 19-го января, чуть позже старта “Хэппенинга ‘68” на экранах страны. Туда вошли “Too Much Talk” и бисайд “Happening ‘68”. Собственно, обе эти вещи звучали в передаче, а впоследствии войдет и в “Something Happening”. Музыканты записали их в Мемфисе, на American Sound Studio, где до этого работали над своим последним альбомом с Мелчером (он назывался “Goin’ To Memphis” и по звучанию был приближен к соулу). “Too Much Talk” поднялась до 11-го места в чарте Cashbox и до 19-го в Billboard. Многие, правда, отметили схожесть этой песни с битловской “Paperback Writer”.


А 7 августа 1968-го на Capitol Records выйдет и сам альбом “Something Happening” (CS 9665). Группа записывала его на студии лейбла в Лос-Анджелесе со звукоинженером Дэвидом Диллером (David Diller) (интересная у него фамилия). Все композиции на пластинке были авторства Марка Линдси. С аранжировкой струнных музыкантам помогал Глен Хардин (Glen Hardin) - некогда участник The Crickets (группы Бадди Холли).
Все они потрудились на славу: инструменты звучат “сочно”, а приятный поп-мелодизм соседствует с обилием психоделических саунд-эффектов.
(Местами, правда, попсовость все же зашкаливает и обложка, как я уже говорил, дурацкая!)

Но вопреки тому, что коллектив по-прежнему регулярно появляется в телевизоре, популярность его постепенно сходит на нет. Как следствие, новая работа группы не вызывает восторга у поклонников. “Something Happening” занял скромное 122-е место в американских чартах – ниже, чем все, выпускаемое коллективом ранее.

Понимая, что Paul Revere & The Raiders вот-вот растеряют “былое величие”, музыканты срочно меняют курс на более приземленный стиль. Это даст свой результат, и следующий альбом группы поднимется до 51-го места. Правда, напоследок (в мае 68-го), лейбл выпустит еще один психоделический сингл Dont Take It So Hard/Observation From Flight 285 (In 3/4 Time)”, но обе эти песни уже выходили на Something Happening.



Треклист альбома такой:

Happening Intro/Too Much Talk (M.Lindsay)    
Happens Every Day (M.Lindsay)             
Burn Like A Candle (M.Lindsay)               
Observation From Flight 285 (M.Lindsay)           
Get Out Of My Mind (M.Lindsay)           
Don't Take It So Hard (M.Lindsay)          
Communication (Part 1 & 2) (M.Lindsay)            
Love Makes The World Go Round (Don't You Let It Stop) (M.Lindsay)  
Free (M.Lindsay)            
The Good Times (M.Lindsay)    
Happening '68 (M.Lindsay)

пятница, 3 октября 2014 г.

Marcus (1970)

 

Альбом этот не особо психоделичный (скорее - пси-фолковый), да и издан не в 60-х а в 1970-м. Зато записал его один из пионеров психоделии (чуть ли не самой ранней), поэтому нам никак нельзя пройти мимо...

Надеюсь, я вас хоть немного заинтриговал?!
Маркус Узилевски (Marcus Uzilevsky), так же известный как Расти Эванс (Rusty Evans) и Рай Купер (Ry Cooper). В музыкальной карьере Маркуса было немало стилевых колебаний. Помимо психоделического рока, в разные годы наш герой успел поиграть и рокабилли, и фолк, и кантри. Что касается психоделии: он играл в The Deep, The Freak Scene и The Nervous Breakdowns, а также, как продюсер и сочинитель, приложил руку к деятельности The Third Bardo, The Third Rail, West Coast Natural Gas, Indian Puddin & Pipe, It’s A Beautiful Day, Tripsichord, Black Swan, Summer Snow.

Творческий путь Маркуса начался в Нью-Йорке (где он родился), но в конце 1967-го наш герой перебирается в солнечную Калифорнию (сначала в Лос-Анджелес, а потом в Сан-Франциско), где продолжает деятельность. Только, если раньше Маркус выступал под псевдонимами (Расти Эванс и Рай Купер), на этот раз он решил воспользоваться своим настоящим именем.

Для начала, в 1969-м году, на лейбле Fontana Records был выпущен сингл “The Artist”, записанный им при помощи группы сессионных музыкантов, условно названной Kingdom Come. Их имена мне, увы, неизвестны, но вполне вероятно, что эти же люди примут участие в записи лонгплея.
Необычно, что на двух сторонах сингла была представлена одна и та же песня, в моно и стерео версиях. Авторство ее принадлежит не Маркусу, а некому загадочному субъекту по фамилии Сигрейв (J.Seagrave). О нем не удалось обнаружить никакой информации, так что, вполне возможно это был очередной маркусовский псевдоним. Продюсерами сингла выступили Артур Геллер (Arthur Geller) и сам Маркус. Гиллар был давним корешем нашего героя, а также помогал ему с написанием некоторых песен для прошлых маркусовских проектов The Deep и The Freak Scene.

Маркус в 1969-м
Уже на этой записи наметился стиль, который более ярко раскроется в альбоме. Этакий рафинированный пси-фолк, с акустической гитарой, флейтой, клавишными, скрипкой, басом, размеренными барабанными партиями, редкими вкраплениями электрогитары и женским хором на бэк-вокале. А кое-где даже ситар можно будет услышать!
Метаморфоза произошла не только с музыкой, но и с вокальной манерой Маркуса. Раньше Маркус/Эванс, в плане вокала и внешности, напоминал нечто среднее между Бобом Диланом и Джонни Кэшем, но к 1969-му изрядно “захиппел”, оброс бородой, а петь стал каким-то дрожащим голосом, с придыханием. Ну, прямо, Борис Гребенщиков! (шучу)

Маркус вспоминает предысторию записи пластинки: “Это был июль 1969-го, и я сидел в кафе "У брата Джунифера" (Brother Juniper’s) на Хейт-стрит. Я знал, что оно принадлежит нью-эйджерскому культу "Священный орден людей" (The Holy Order Of Mans), и также знал, что кареглазая красавица Дайан (Dianne), работавшая там официанткой, была членом "Ордена".
Можете поверить мне на слово, мир меркнул, когда я смотрел в ее глаза и видел грудь, облегаемую коричневой робой (формой работников Брата Джунифера). Я чувствовал, что нравлюсь ей, глядя на то, как она упаковывает сэндвич из ржаного хлеба и салата с тунцом, приготовленным ею для меня. Это станет моим обедом и ужином.
Я расчехлил свою старую гибсоновскую акустику вишневого цвета и приступил к настройке. Мне хотелось получить идеальный звук, ну или максимально приближенный к нему, насколько возможно сделать на слух, знаете, это было за много лет до появления всяких тюнеров, ставших сейчас такими распространенными. Я сыграл несколько необычных аккордов, созданных под влиянием моего приятеля Дэниэла МакКарди (Daniel McCurdy). Эти, так называемые "аккорды с задержанием" (suspended chord) немедленно срывали крышу и уносили сознание в бесконечные выси. Дэниэл говорил, что такими прогрессиями, сыгранными в электричестве, можно даже вырубить человека, настолько они мощные! Я никогда не пытался играть их в электричестве, хоть и был крайне впечатлен звучанием гитары моего товарища, так как преследовал совершенно другие цели. Я хотел чтобы они звучали как некие еле уловимые отголоски иных миров… До знакомства с Дэниэлом, я в основном бренчал три простых аккорда, теперь же, вышел за пределы стандартов, что в скором времени поспособствовало рождению новых песен.
Вспоминаю как месяцем ранее, меня и гитариста Чарли Коки (Charlie Cocky) приглашали к себе на флэт несколько друзей. Чарли нравились мои новые песни, он подыгрывал на акустической гитаре, а я пел и играл эти "эфирные" аккорды. Внезапно, чувак, стоявший рядом с нами, рухнул на пол и нехило так расшиб себе голову. То ли он просто потерял сознание, то ли был нокаутирован нашим звуком! Я спросил: "Чарли, неужели это мы вырубили его?". Он ответил: “Похоже, мы поймали нужную микро-тональность, что и дало такой эффект".
Я не хотел, чтобы подобный инцидент произошел здесь, "У брата Джунифера", поэтому я заиграл вещь попроще, оду прекрасной Дайан - "Lady Of Light". Эта композиция не вошла в альбом, как и ода к Хэлли (Hallie) и моя нью-йоркская любовная песня "Monday Marye Morning".
Я был доволен тем, как сочеталось звучание гитары с моим голосом и мне казалось, что так я могу заставить людей почувствовать мир, любовь и веселье. Нередко это получалось!
Когда я пою о красоте природы в "Color Song" и смотрю на лица людей, стоящих вокруг – я вижу в них радость. Я чувствую дух Новой Эпохи, витающий в воздухе.
Мне нравилось то медленное вибрато, которое я придавал своему голосу во время пения, не без влияния Донована и Тима Хардина. Я радовался всему, что повлияло на меня в моем пути. Эти настроения были подхвачены в Брате Джунифере, а теперь я встаю, выхожу наружу, и вижу, как солнце заливает своим ласковым светом ярко одетых людей на Хейт-стрит.”

Картинка из Harmonia Macrocosmica
В общем, отсюда ясно, какими настроениями пропитан альбом – это любовная лирика и позитивная “шизотерика” на тему единения человека с природой, явления Эпохи Водолея, мира во всем мире, и прочая хипповская мишура.
Обложку пластинки создал Ричард Мантел (Richard Mantel) (весьма крутой дизайнер, работавший над оформлением многих джазовых, психоделических и авангардных альбомов), разместив на ней карты Таро и иллюстрацию из небесного атласа 17 века “Harmonia Macrocosmica” Андреаса Целлариуса. Вполне очевидна причина их появления на обложке: астрология и Таро занимали важное место в концепциях “Священного ордена людей” – секты, к которой Маркус тогда проявлял повышенный интерес. Эта организация пыталась соединить христианское учение, гностицизм и восточную мистику.

Итак, сама пластинка, озаглавленная просто “Marcus” была записана в конце 1969-го и вышла в начале 1970-го на лейбле Kinetic Records (Z 30297). Непонятно почему Маркус сменил явно более крутой Fontana Records на Kinetic Records. Возможно, контракт был заключен лишь на выпуск одного сингла, или условия у вторых оказались более выгодными, а может, еще какие причины побудили их прекратить сотрудничество…
Кроме того, Маркус взял себе в пару другого продюсера. Если дебютную сорокапятку музыкант выпустил с малоизвестным Артуром Геллером (про которого мне почти ничего не удалось выяснить, кроме того, что он числиться соавтором одной из песен маркусовского проекта The Deep 66-го года, называемой “Your Choice To Choose), здесь же с ним поработал маститый продюсер и аранжировщик Ларри Фэллон (Larry Fallon). Вероятно, он же исполняет на альбоме партии клавишных (но это только моя догадка). Звукачем в студии был Тони Бонджови (Tony Bongiovi) (дядька того самого Джона Бон Джови). Все композиции были сочинены самим Маркусом. Это свежие работы, видимо из тех, написанных с применением “эфирных” аккордов, кроме одной (Grains Of Sand), уже выходившей в рамках проекта The Freak Scene, в более электрической версии, в 1967-м году.

После провала альбома, творческие интересы Маркуса начинают меняться в сторону художничества. Но он не прекращает свою музыкальную деятельность. Правда следующий альбом выйдет нескоро, аж в 1979-м году, и будет уже традиционно-фолковым, с элементами госпела.

Другой Маркус
P.S. кстати, в 70-х выпустил свой альбом еще один Маркус (по фамилии МакДональд), чьи работы ошибочно приписывают нашему герою. Эта пластинка называется “From The House Of Trax”.

Треклист альбома такой:

(We'll All) Go Together (M.Uzilevsky)
Time Of Our Time (M.Uzilevsky)
Helene (M.Uzilevsky)
Grains Of Sand (M.Uzilevsky)
High Priestess (M.Uzilevsky)
The Coming (M.Uzilevsky)
Royal Maze (M.Uzilevsky)
Butterfly Girl (M.Uzilevsky)
Color Song (M.Uzilevsky)
Children Of Aquarius (M.Uzilevsky)